Burdened with Evil, Galakrond, EU

Велен

ВеленСей дреней не таков, как другие. Он на пол-головы выше самых высоких воинов своей расы, и все же он не выглядит столь же сильным физически. Кожа его бледного алебастрового оттенка, он одет в легкие золотистые одеяния, которые кажутся еще более прочными, чем он сам. Глаза, проникновенные и мудрые, пылают и блестят синим огнем. Глубокие шероховатые морщины на лице говорят о глубокой старости дренея, даже древности. Одной рукой он сжимает высоченный посох с окружающими наконечник фиолетовыми кристаллами, ладонью другой рукой он придерживает загадочно парящий фиолетовый камень. Его борода серебряной волной идет вниз почти до талии. Его серебряные волосы аккуратно заплетены в косы, раскрывая бледный лоб, над которым ярко сияет символ дара наару. Но даже эта метка Света старца не такая, как у других дренеев. Он сам словно излучает успокаивающий Свет, ауру спокойствия и благожелательности. Хотя может все это лишь игра света?

История

Бегство

Мудрый Велен, ведающий как в магии, так и в науке, давным-давно стоял бок о бок с решительным Кил’джеденом и порывистым Архимондом во главе расы эредаров, населявших планету Аргус. Их разный характер уравновешивал друг друга, результатом чего была гармония, мир и процветание для их народа. Так было до тех пор, пока с ними не связалось существо, чья сила была за пределами понимания даже могучей тройки.

Незнакомец, представившийся Саргерасом, сообщил, что эредары были теми, кого он так рьяно искал. Он желал о сильном, страстном, гордом народе, который верно б служил ему и помог воплотить в реальность его видение о лучшей вселенной во всех мирах. Он предлагал эредарам взамен безграничную власть, невиданные знания и незнакомую магию… Кил’джеден и Архимонд быстро согласились на союз с Саргерасом, но Велен почувствовал неладное.

Чтобы развеять свои сомнения, он отправился к главной реликвии своего народа –кристаллу Ата’мала, артефакту столь древнему, что о его происхождении даже забыли. Когда-то кристалл был принят эредарами в дар, он расширил их сознание и поделился с тайнами вселенной, он исцелял, усиливал магию и… даровал видения.

На это и надеялся Велен. Но когда он притронулся к кристаллу, то увидал ужасающую картину. Ему открылось темное будущее эредаров, в котором его сородичи обратились в демонов, воителей демонического Пылающего Легиона, пожирающего миры одним за другим по приказу Падшего Титана, лорда Саргераса.

Испугавшись неизбежности прихода Саргераса, Велен взмолился, и на его зов был дан ответ от силы не менее древней и могучей, чем титаны – наару К’уре, существа из чистого Света. Он и ему подобные также были осведомлены о планах Легиона. Он связался с Веленом через дар наару, кристалл Ата’мал, и сообщил: мы придем и спасем тех, кто бежит от Саргераса, даровав надежду на спасение хотя бы части его народа от вечного проклятия и падения во тьму.

Тайком от своих братьев, Кил’джедена и Архимонда, Велен собрал вокруг себя группу преданных ему эредаров, убоявшихся стать послушными игрушками Саргераса. В самый долгий день в году Велен похитил из храма кристалл Ата’мал и собрался вместе с единоверцами на самую высокую вершину Аргуса. С небес к ним спустился яркий как звезда объект, оказавшимся межпространственным кораблем Ошу’гун с наару К’уре на борту.

То был день прибытия Саргераса в их мир, и день раскола расы эредар. Оставшиеся на Аргусе эредары стали демонами ман’ари, бежавшие на Ошу’гуне стали называть себя дренеями, или же иначе — “изгнанными”. Сам Кил’джеден лично поклялся во что бы ты ни стало найти и жестоко покарать предателей, особенно – своего бывшего товарища Велена.

Кристалл Ата’мал защитил дренеев от атак своих павших собратьев, пытавшихся помешать их побегу, разбившись на семь разноцветных частей и создав непреодолимую завесу из света. Перед отлетом камни вернулись Велену. Сжимая семь осколков от кристаллов Ата’мал, Велен почувствовал, как его разум изменился. Многочисленные видения заполонили его взор, и с тех пор он стал зваться Пророком, ищущим истину между надеждой и отчаянием, всевидящим пастырем для своего народа.

Привал

Велен и его дренеи отправились в долгое путешествие по различным мирам. Наару обучали их принципам и магии Света, обещая, что наступит день, когда все расы, верящие в добро, объединяться и дадут отпор Саргерасу. Но Легион следовал по пятам, и лишь благодаря видениям Велена он оставался ни с чем — Велен и его последователи предчувствовали их приближение и сбегали, оставляя миры и населяющие их народы демонам на растерзание. Память об погибших планетах ложилась тяжелым грузом на душу каждого дренея и Велена в особенности, но они доверяли мудрым словам наару.

Их побег не мог продолжаться вечно. Однажды Ошу’гун потерпел крушение на одном из миров, где не было развитых цивилизации. Управляющие кораблем Наару были ранены при падении, и на их восстановление требовался продолжительный период времени. Потому дренеи расселились по миру, вновь обосновали свои города и храмы, и начали молиться, что их родичи-эредары никогда не обнаружат эти земли, которые дренеи окрестили Дренором. Со временем они начали торговать с местными расами, в основном — с орками, чье клановое сообщество стало стремительно развиваться после падения Ошу’гуна. Причиной тому был умирающий в корабле К’уре, притягивающий к себе души умерших. Благодаря этому некоторые орки научились разговаривать и принимать мудрость у стихий и духов предков. Таких орков стали называть шаманами, они стали духовными лидерами кланов, а корабль дренеев был принят ими за священную гору из-за внешнего вида.

Но спустя 200 лет орки неожиданно ополчились на дренеев. Сначала все начиналось как мелкие, но яростные стычки, в которых орки не оставляли никого в живых. Потом кланы объединились в единую Орду, и их нападения стали проходить все чаще и становились все кровожадней. Выяснить причину враждебности дренеям никак не удавалось.

Велен предпринял последнюю, крайне рискованную попытку – он последовал одному из своих видений и запросил встречу с верховным шаманом орков у горы Ошу’гун, имеющей сакральное значение для обоих народов. Как и предсказывало видение, на встречу вышел не шаман Нер’зул, а его “представитель” — Дуротан, вождь клана Северного Волка, с которым Велен встречался, когда орк был еще молод. Тогда Велен почувствовал в орке мудрость и благородство. Он надеялся, что с ним-то он может договориться. Увы, он узнал лишь то, что орки не свернут со своего пути, ибо духи предков орков обвинили дренеев в готовящемся предательстве, и теперь последним следует готовиться в войне на уничтожение. Все же Дуротан приказал отпустить Велена, лидера своих врагов, взяв всю ответственность и гнев верховного шамана на себя. Хоть вождь не сомневался в словах своих предков, ему была не по нраву это вражда, от которой орки становились все более ожесточенными. В последствии его разговор с Веленом, предрешенный видением, позволил орку сделать правильный выбор, спасший от жажды войны его клан, а в будущем — всю его расу.

Возвратившемуся Велену оставалось лишь ждать дурных новостей. Когда орки начали нападать на города дренеев, использую при этом не магию стихий, а оскверненную магиюи небольших демонов, Велена осенило – Кил’джеден обнаружил их, и решил обманом, с помощью орков, свершить свою месть, тем самым оставаясь незамеченным для Велена! Но это озарение уже не имело никакого значения – орков было больше не спасти, а бежать дренеям было некуда.

Лишь когда у дренеев оставался последний город, столица Шаттрат, владыки Легиона решили впервые посетить Дренор. По приказу Кил’джедена властитель преисподнейМаннорот отдал верховному чернокнижнику, предавшего ради власти свой народ и своего учителя Нер’зула, уже бывшего верховного шамана, кубок со своей кровью. Все вожди кланов и знатные воины выпили из него, тем самым заключив негласный пакт, по которому они должны были стать со временем сильными демонами и верными слугами Маннорота. Только Дуротан с его кланом не испил из чаши, также его поступку последовал его верный друг из клана Песни Войны, Оргримм Молот Рока. Орки, ослепленные жаждой крови, не ведая более жалости, атаковали Шаттрат и убили каждого дренея, укрывшегося в последнем бастионе.

Демонам казалось, что их бежавшим родичам настал конец, и они покинули этот мирок. Но они ошиблись. Орки и демоны не знали о потайном убежище дренеев в Зангартопи. Именно туда отправились те немногие, коих отметил Велен. Дабы казалось, что их раса была истреблена, он лично выбрал тех, кому суждено остаться в живых и бежать в болота, а кому следовало остаться в Шаттрате, дабы своей неизбежной смертью насытить жажду крови Орды.

Среди выживших был и сам Велен, хотя он желал остаться в Шаттрате и обрушить на орков всю мощь своих недюжинных магических способностей, но этот путь означал бы смерть — не просто его гибель, но всего его народа. Он обладал уникальными способностями, и если дренеи должны были выжить, то он тоже должен был остаться в живых. В качестве своего раскаяния и очищения он использовал кристалл Ата’мала, чтобы видеть каждый момент страшного сражения.

Жизнь в непроходимых болотах была опасной и безрадостной. Орки начали открывать порталы в новые миры для завоевания, в результате чего мир не выдержал, и начал разрушаться. Теперь дренеи жили на огромном осколке Дренора — Запределье, плывущем и медленно умирающем в бескрайней Пустоте. Хотя многие орки покинули эти земли, им на замену пришли тираны-иноземцы, в начале авангард Легиона, а потом войска наг иэльфов крови Иллидана Ярости Бури, злодеев не меньших, чем демоны. Среди выживших дренеев начали появляться те, кого поразила магия Скверны. Они оказались отрезанными от света Наару, со временем превращаясь в исковерканных и умалишенных уродцев -Сломленных. Здоровые дренеи, опасаясь заражения, прогнали прокаженных, потеряв еще одну часть своего народа. Все эти темные годы Велен искал в видениях хоть малейший проблеск надежды. И однажды он увидел целую плеяду событий.

Первой ступенью к началу действий было его покровительство прокаженному Нобундо, бывшему воздаятелю. С этим существом с телом Сломленного, но с несломленным духом, связались стихии, пострадавшие от раскола Дренора и предательства орков. Они обучили его шаманизму, светлой магии, исцеляющей тело, разум и душу. С позволения Велена у Сломленных появился шанс вернуться обратно к здоровым дренеям, а Нобундо начал обучать всех желающих дару стихий — магии, которая ранее не была ведома дренеям

Вскоре на корабле крепость Бурь в Запределье явились новые наару, желающие сплотить все свободолюбивые расы Запределья на войну с Легионом. Но слуги Иллидана Предателя, эльфы крови и их принц Кель’тас Солнечный Скиталец, захватили крепость, как только большинство наару покинуло ее стены. Велен принял решение – медлить было нельзя! Он бросил почти всех дренеев, что были у него, и отвоевал у эльфов крови один из спутников крепости – Экзодар. На нем они должны были отправиться в новый мир, где бы они уже не стали скрывать свои цели, а начали бы в открытую искать союзников, надеясь таким образом положить конец кровавому походу Легиона в Запределье.

Наконец, дома

В результате диверсии отряда эльфов крови и эредарки Сиронас, Экзодар рухнул, но все же кораблю удалось попасть в другой мир. Велен в начале приказал лечить раненных и разобраться с последствиями падения корабля – осколки корабля разбросало по всей гряде необитаемых островов, где они упали, вызывая мутации у местной флоры и фауны. Затем он начал знакомиться с новым для него миром.

То ли по иронии судьбы, то ли по року обстоятельств оказалось, что дренеи попалиАзерот, на удаленные острова на северо-западе от Калимдора. Тот самый Азерота, чьи жители несколько раз сталкивались с Легионом, и каждый раз давали ему отпор. Тот самый Азерот, куда отправились орки, создав там новую Орду, свободную от порчи демонов, ведомую сыном Дуротана и учеником Оргримма, Траллом. Тот самый Азерот, где обрел свой конец названный брат Велена, Архимонд. Тот самый Азерот, в котором стояли Портал Тьмы, недавно вновь открывшие путь в Запределье, где еще оставались дренеи и наару.

Хотя сердце Велена было радо знать, что орки смогли разорвать узы с демонами, разум подсказал ему с осторожностью относиться к Орде. Ни он, ни другие дренеи не могли забыть и простить те ужасы, что Орда причинила им в Дреноре. К тому же в Орду недавно вступили эльфы крови Луносвета, искавшие своего принца и обещанного им рая в Запределье. Из тех земель им был преподнесен задаток – наару М’ууру, что был пленен Кел’тасом в крепости Бурь. Используя наару, эльфы крови основали новый орден Рыцарей Крови, паладинов, что подчиняли себе энергию Свет, что противоречило убеждениям дренеев. Сами же эльфы не ведали, что их ожидает за вратами…

Другой главной силой в Азероте был Альянс, и дренеям удалось довольно быстро наладить с ними связь благодаря близости к Дарнасу, столице ночных эльфов- одного из членов этого блока. Видя доблестные деяния Альянса, Велен со своими последователями решили присоединиться к этой отважной фракции. Альянс, усиленный новыми союзниками, пересек Портал Тьмы и помог дренеям отбить их прежние владения у демонов и слуг Иллидана Ярости Бури. Но, несмотря на победы Альянса и Орды в Запределье, оказалось, что у эльфийского принца Кель’таса Солнечного Скитальца были иные планы, нежели у его хозяина Иллидана, или у его народа из Луносвета. Он вступил на службу древнему врагу Велена – Кил’джедену. Он собрал достаточно энергии Запределья в крепости Бурь и отправился на ней в Азерот, на северный остров от Луносвета, к Солнечному Колодцу – иссякшему источнику тайной магии – чтобы наполнить его магической мощью и вновь призвать Легион в Азерот.

Он выкрал М’ууру из Луносвета и призвал армии демонов на острове Солнечного Колодца. Подобное эльфы крови Луносвета не могли простить. Они отреклись от своего принца, его регент Лор’Темар Терон запросили помощи у Орды и даже у Альянса, а лидер рыцарей крови леди Лиадрин, раскаявшись за М’ууру перед наару, заручилась поддержкой верных им армиям из Запределья. Лишь объединив все силы, героям удалось справиться с миньонами Кель’таса и Легиона, загнав Кил’джедена обратно в Пустоту. После победы Велен воспользовался сердцем павшего М’ууру, чтобы освятить оскверненный Солнечный колодец эльфов крови, превратив его в источник энергии Света и тайной магии. Оказалось, что М’ууру знал заранее о своем заточении и смерти, и он с радостью принял эту судьбу, ибо это должно было вывести расу эльфов крови из тьмы. М’ууру до конца верил в это, ведь то было одно из пророчеств Велена.

В последующие два года Велен стал сильно обеспокоен грядущей схваткой добра и зла. Видения становилось все сложнее распутывать, и он начал все больше времени уделять медитации. С наступлением Катаклизма, который он предвидел, но никому не сообщил, посчитав это маловажным по сравнению с последней битвой с Легионом, он практически не покидал из Трона Наару в Экзодаре и ни с кем не общался. Правда, он вышел из транса, чтобы лично посетить собрание азеротских союзников в Дарнасее, где официально ставился вопрос о включении в Альянс беженцев из Гилнеаса, пострадавших от нападения Орды. Неофициальной темой было также назначения единого главнокомандующего всех войск Альянса, учитывая многие недавние мировые катастрофы и войны, а также надвигающийся конфликт с Ордой. Там он встретил Андуина, мальчика из расы людей, сына короля Штормграда Вариана Ринна, основного претендента на должность лидера Альянса. Велен был заинтригован, насколько сын похож на отца в своих стремлениях, но различается в выборе пути для достижения цели. Андуин стремился потушить костры войны дипломатическими методами, а не разжигать пепелище конфликта, как часто поступал его отец. К тому же юноша серьезно интересовался Светом, и среди его учителей были главные жрецы своих рас – дворф Рохан из клана Бронзобородых и архиепископШтормградской Церкви Бенедикт. Андуин хотел продолжить развивать свою связь со Светом, и попросился Велену в ученики. Неожиданно для самого себя Велен согласился.

Прогресс Андуина оказался стремителен, уже через год обучения он совершил чудо: выхватил из лап смерти жизнь своего отца, когда на них напали из засады проповедники конца света из Сумеречного Молота. Но главным потрясением для Велена стало то, что смертный ученик преподал важный урок своему учителю – его видения, маяки из Света, померкли, ибо он перестал видеть жителей этого мира каждого по отдельности, не сумел прислушиваться к их нуждам. И если он потерял связь с живыми созданиями настоящего, как он мог увидеть то, каким может стать их будущее? С этой мыслью он вернулся к своему народу и Азероту. Теперь он живет не только будущим, но и настоящим. Он понял, что дом дренеев теперь находился здесь, в Азероте, что их прибытие сюда было не случайность, а их союзники – не временные. Именно здесь, в Азероте, дренеи нашли обещанную наару армию Света, способную остановить войска Саргераса, в лице Альянса и Орды. Ибо таково было новое видение Пророка. Теперь Велен и его дренеи не сбегут, и будут стоять до последнего, правда по-прежнему осталась одна проблема… Как можно сплотить в армию Света две фракции, столь ненавидящие друг друга?

Способности

Мало кому суждено постичь рассудком возраст и мудрость Велена, еще меньше — его дар предвидения и бремя одиночества, что лежит на Пророке. Его понимание неизмеримо выше, чем у всех остальных, и даже его народ не может полностью понять его.

Пророк давно уже научился не принимать свои видения близко к сердцу, иначе бы он давно потерял рассудок. Третий глаз пребывает с ним настолько давно, что дар предвидения сделался для него таким же обыденным, как и дыхание. Его взору открыты бесчисленное множество альтернативных вселенных, но Велен не чувствует горя по поводу линий будущего, не скорбит об их гибели, не радуется их триумфам. Он просто читает их, наблюдает за их причудливыми переплетениями, ища среди них пути, которые ведут к окончательной победе Жизни и Света над тьмой и спасению всего живого от смерти. О чем он скорбит – так об упущенных возможностях и прошлом, что нельзя исправить, об уничтоженных демонами мирах и народах, что остались лишь в памяти его народа.

Пророк немногосложен и осторожен в своих действиях, постоянно сверяясь со своими видениями. С другой стороны от него можно ожидать неожиданных и рискованных поступков, если он узреет, что поступает так в будущем. Он не приемлет вражды, если речь идет не о Легионе, его невозможно спровоцировать на бой, хотя тот, кто добьется этого — глупец, ибо Велен — сильнейший маг и жрец. Обычно он стремится найти корень зла и способы искоренить его, и дар предвидения помогает ему в этом. Иногда ему удается разрешить конфликт одним лишь своим присутствием, одной фразой, одним действием, одним пророчеством – причем эффект необязательно скажется сразу и проявит себя лишь через десятилетия.

Осколок Ата’мал, Песнь Духа

Осколки кристалла Ата’мал служили всему обществу дренеев, как и целый кристалл некогда служил благородным эредарам. Лишь один камень Велен всегда носит с собой – фиолетовую Песню Духа. Сила этого камня открывает Пророку разум и дух, в некотором роде это почти как прямая связь с наару. Велен всегда чувствует себя сильнее и чище, когда он медитирует вместе с ним. Хотя каждый из семи кристаллов бесценен и могуществен, этим он дорожит более всего. Многие другие осколки были потеряны в ходе кровавой бойни орков и дренеев, но благодаря бережливой опеке Пророка в нахождении этого артефакта сомневаться не приходится.

Последние_новости
Наши_новости
Нет последних новостей

Отягощенные Злом; Всего: 136092
Сегодня: 258
На сайте: 1

Сообщения_Blizzard